|
Последние пятнадцать лет «оборонка» России переживает не самый
лучший период своей истории. Экономический кризис 1990-х годов не
мог не затронуть и нашу корпорацию. После распада СССР пришлось
серьезно перестраивать свою структуру. До этого у нас работали около
110 тысяч человек, было семь профильных институтов, мы обеспечивали
до 85 процентов истребительной авиации страны радарами, системами
управления вооружением (СУВ). Все головки самонаведения ракет
«воздух—воздух» в те времена так же разрабатывались нашей
корпорацией.
После того как система оборонно-промышленного
комплекса, по существу, распалась, пришлось приложить максимум
усилий, чтобы сохранить научный потенциал и уникальную школу. Здесь
уместно сделать небольшой исторический экскурс. Созданное в июле
1917 г. как завод «Авиаприбор», наше предприятие до 1933 г. Было
единственным в стране производителем самолетных тахометров,
высотомеров, уклономеров и др. На «Авиаприборе» еще в 1925 г. была
введена военная приемка.
Самолетной радиолокацией нам поручили
заниматься в 1942 г. На сей счет вышел специальный документ за
подписью наркома авиапрома А.И. Шахурина.
В годы Великой Отечественной войны завод освоил выпуск самых сложных
и наукоемких в то время изделий — радиолокационных. Здесь
производили первую серийную наземную РЛС ПВО «Пегматит», самолетную
систему опознавания «свой—чужой» СЧ-3, самолетную РЛС «Гнейс-5С» и
другое уникальное оборудование.
Сразу после окончания войны при
заводе начало работать ОКБ, которое вначале занималось внедрением в
серию, а затем начало собственные разработки радиолокационного
оборудования для истребителей-перехватчиков.
В 1962 г. ОКБ слилось с заводом, образовав
научно-исследовательский институт, получивший впоследствии
наименование НИИ радиостроения (НИИР), задачей которого стала
разработка авиационного радиолокационного оборудования истребителей
для обнаружения и перехвата самолетов.
Звание лидера обязывает
С 1969 г. в течение более 20 лет НИИР был головным институтом мощного
научно-производственного объединения, а затем концерна «Фазотрон». В
него входило КБ приборостроения, позже — НИИ приборостроения (г.
Жуковский), который, кроме вышеуказанной основной тематики, вел
также разработку наземных радиолокационных систем для зенитно−ракетных
комплексов ПВО Сухопутных войск (в частности, были созданы такие
выдающиеся системы, как «Бук», «Бук-М1», «Бук-М2»), а также
разработку головок самонаведения для ракет «земля — воздух».
За успешное создание и внедрение в производство изделий специальной
техники в 1982 г. НПО «Фазотрон» было награждено орденом Трудового
Красного Знамени. Практически каждая разработка предприятия
содержала в себе новые, зачастую прорывные, решения, повышающие не
только тактико-технические характеристики изделий в целом, но и их
составных частей. Все это способствовало тому, что ряд отраслей
промышленности — радиопромышленность, электронная,
электротехническая, химическая промышленность получали серьезный
импульс развития.
Рынок: пан или пропал
В сложный период перехода к
рыночным отношениям предприятие акционировалось и стало называться
ОАО «Корпорация «Фазотрон-НИИР». Руководство и ведущие специалисты
своевременно поняли, что рассчитывать на серьезные бюджетные
ассигнования не приходится, и начали искать свою нишу на
международном авиационном рынке, где 30% истребителей оснащены
радарами разработки «Фазотрона».
Современный истребитель - чрезвычайно дорогое оружие стоимостью 25 —35 млн. долл., поэтому
новых машин стали разрабатывать гораздо меньше. Поддержание высокой
боевой эффективности авиации все чаще связано с модернизацией
бортового оборудования имеющихся самолетов, в первую очередь путем
замены их радаров на современные и использования новейшего оружия.
Оказалось, что произошедшие в мире изменения усилили роль
истребительной авиации, однако поставили ее перед необходимостью
значительного расширения функций, превращая истребители в
многофункциональные самолеты, способные работать не только по
воздушным, но и по наземным и морским целям.
Поэтому сегодня «Фазотрон-НИИР» занимается разработкой и изготовлением радаров и
систем управления вооружением летательных аппаратов (ЛА), полностью
комплексируя радиолокационный и радиотехнический «борт». В
современных условиях корпорация серьезно диверсифицировалась.
Диверсификацию мы провели по выпускаемому продукту на базе
существующей у нас технологии. Сейчас занимаемся радарами и
системами управления вооружением для всех отечественных самолетов, в
том числе и машин Туполева.
Второе направление — радары для СУВ
вертолетов. Третье — создание радиолокационных головок для
самонаведения авиационных ракет, а также для оперативно-тактических
комплексов наземного базирования, эффективность которых будет
значительно выше, когда оптические средства наведения будут в нем
совмещены с радиолокационными. Модернизированный комплекс будет с
гораздо большей точностью поражать удаленные объекты.
Продолжаются работы и по космической тематике. Начиная с
запуска космического корабля «Союз-1», все отечественные обитаемые
космические корабли оборудованы системами индикации параметров
состояния и жизнеобеспечения космонавтов и корабля, разработанными
ОАО «Корпорация «Фазотрон-НИИР». В настоящее время создается
аналогичная аппаратура для Международной орбитальной космической
станции. Совместно с НПО машиностроения мы также создаем радар для
мини-спутника. Этот малогабаритный радар сантиметрового диапазона
обеспечит мониторинг земной поверхности в интересах решения
народно-хозяйственных задач.
Еще одно новое направление — применение
радаров «Фазотрона» в наземных ракетно-пушечных комплексах типа
«Панцирь». Мы для них делаем трехканальную систему — двухдиапазонный
радар миллиметрового и сантиметрового диапазона, обеспечивающий
обнаружение, сопровождение цели и канал управления ракетой. Эта
система включена в Государственную программу вооружения, проходит
испытания.
Корпорация уделяет внимание и гражданским проектам.
Делаем магнитотерапевтические аппараты домашнего применения, приборы
для ветеринарии, малогабаритные экологически чистые
термоэлектрические холодильники. Завершается разработка современного
метеолокатора «Гукол» для гражданской авиации, существенно
повышающего безопасность полетов, ведутся работы по
радиолокационному мониторингу поверхности Земли в интересах экологии
и нефтегазового комплекса.
Все эти направления успешно развиваются
благодаря проведенной в последние годы реструктуризации, приведшей к
объединению более двадцати предприятий, составляющих корпорацию.
Суть ее заключается в технологической вертикальной интеграции
предприятий.
Вышеперечисленные направления диверсификации позволили
нам в последние годы стабильно развиваться, наращивать объемы
производства. За три года средний прирост производства составляет
порядка 50%. За девять месяцев 2004 г. — 20%. Конечно, это дается с
очень большим трудом, финансовыми вложениями. Мы тратили на науку в
последнее время от 300 до 700 млн. рублей в год. Словом, базовые
средства, обеспечивающие наше развитие, — это прежде всего
исследование научного рынка и обеспечение завоевания этого рынка.
Именно за счет этого обеспечивается конкурентоспособность наших
систем на мировом авиарынке.
|
Предприятие разработало бортовые радиолокационные
станции и системы управления вооружением практически для
всех оснащенных радарами отечественных реактивных
истребителей, принятых на вооружение: МиГ-21, МиГ-23,
МиГ-25, МиГ-29, МиГ-29С, МиГ-31 (совместно с НИИП),Су-11,
Су-15, Су-27 (совместно с НИИП), Ту-128, Як-25, Як-28. |
Ноу-хау от «Фазотрона»
Яркий пример эффективности такого подхода — созданные нашими специалистами
системы безопасности полетов для винтокрылых машин. Сегодня, по
сути, при плохих метеоусловиях они не гарантированы от столкновения на маршруте полета с линиями
электропередачи, горными хребтами, высотными зданиями и т.д. В этой
связи достаточно вспомнить трагическую гибель губернатора Александра
Лебедя.
Из-за того, что наши вертолеты не всепогодны и не могут
работать круглосуточно, значительно снижается их эффективность при
проведении контртеррористических операций. И это несмотря на то, что
мы имеем хорошие оптические и тепловизионные средства. Другая
сторона вопроса заключается в том, что вертолетчики фактически не
могут «заглянуть за листву» — проникнуть в пресловутую «зеленку», в
подземный блиндаж, схроны. Это тоже серьезное ограничение. Даже
прославленный штурмовик Су-25, несмотря на все свои достоинства, не
всепогоден и не может использоваться круглосуточно. Можно
констатировать, что наша авиация остановилась на том этапе развития,
который в основном был заложен еще в 70–80-е годы прошлого столетия.
Наши новые разработки открывают новые возможности в этой области.
В рамках антитеррористической программы нами разработаны системы для
гражданских самолетов и вертолетов, атаки по которым идут с задней
полусферы с использованием переносных ЗРК типа «Стингер», «Игла». Их
боевая работа выявляется с момента запуска ракеты. Соответствующая
информация для принятия решения сообщается на «борт» и отправляется
наземным службам. Есть у нас и системы для береговой охраны,
позволяющие, к примеру, видеть человека в море на расстоянии до 15
км.
Кроме этого, удалось разработать семейство новейших радаров,
успешно управляющих современным высокоточным оружием, в том числе
ракетами с радиолокационными головками самонаведения и
корректируемыми авиабомбами.
Президент России Владимир Путин после
трагедии в Беслане заявил, что будут выделены дополнительные
средства для оснащения антитеррористических подразделений самой
современной техникой. Надеемся, что это коснется и ударных
авиационных комплексов, которые мы готовы оснастить современным
радиолокационным оборудованием.
|
Радар — это интеллектуальный потенциал истребителя. Он
видит, формирует позицию, обеспечивает взаимосвязь
физических датчиков всех систем, которые есть на борту, и
формулирует алгоритм решения боевой задачи. Старые радары
уже давно изжили себя и морально, и физически. Все это
сказывается на состоянии нашей авиации. Мы можем и обязаны
дать ей второе дыхание только новым радаром. |
Кадры по-прежнему решают все
Главное, что мы сумели сохранить, — уникальные научные кадры.
Сегодня в нашей корпорации работают свыше ста дипломированных
ученых, 12 докторов наук, есть аспирантура, в которой обучаются 32
человека по трем специальностям. Также есть свой учебный центр,
созданный с участием МАИ, редакционно-издательский центр, в котором
мы издаем научные труды. Всеми силами привлекаем к себе молодежь:
средний возраст специалистов у нас снизился с 56 до 48 лет. За
последние пять лет только в Москве мы приняли на работу 700 человек.
Мы понимаем, что превосходная авиатехника, созданная в советское
время и сейчас стоящая на вооружении, нуждается в совершенствовании
своего интеллектуального потенциала. Я не боюсь заявить, что
«Фазотрон-НИИР» — в настоящее время единственная фирма России в
области авиационных радаров, способная комплексно решать эти задачи.
Поясню это на конкретном примере.
Еще в 1996 году мы разработали
новые принципы конструирования аппаратуры. Основной из них
заключается в создании универсальной системы, которая легко
модифицируется при минимуме затрат. Спустя два года мы получили за
нее Государственную премию РФ. Смысл нашего ноу-хау в том, что один
и тот же радар можно ставить на любой летательный аппарат, меняя
только диаметр антенны, обеспечивая интеграцию с бортовыми датчиками
и другими системами. После замены определенных блоков радар можно
ставить куда угодно: на вертолет, на корабль, танк.
Тактико-технические характеристики говорят сами за себя. Например,
на СуЗ0МКИ стоит радар «Барс» весом 550 кг. Наш радар с фазированной решеткой с
лучшими характеристиками весит 220 кг, а с щелевой — 180 кг. Сейчас
на МиГ-29 стоит штатный радар с дальностью обнаружения целей 60 км,
весящий 350 кг, а у нас аналогичный радар весом в 50-60 кг имеет
дальность до 80 км. Эти цифры, думаю, убеждают: мысль работает,
задачи, которые ставит перед нами время, решаются.
Придать второе дыхание
Мы отслеживаем развитие науки в области системотехники,
элементной базы. К слову, именно элементная база постоянно тормозит
наше развитие. До сих пор как-то удавалось компенсировать ее
ущербность открытой архитектурой и нестандартными решениями наших
математиков. Но долго так продолжаться не может. Американцы для
повышения возможностей своих F-15, F-16 и пр. через каждые 5–7 лет меняют в них радары на новые. Срок
жизненного цикла радаров российских истребителей, которые
произведены в 1980-х годах, в среднем 20 лет. Представляете, какая
там элементная база?
Трудно понять иных советчиков, которые вместо
установки новых радаров предлагают, скажем, использовать старые с
созданием дополнительного канала для работы по наземным целям.
Здесь, как в медицине, шунтирование поможет только работающему
сердцу. Когда же оно близко к остановке, то всякое шунтирование
теряет смысл. Мы понимаем, что сегодня не хватает средств, но эту
проблему надо решать. Радар — это интеллектуальный потенциал
истребителя. Он видит, формирует позицию, обеспечивает взаимосвязь
физических датчиков всех систем, которые есть на борту, и
формулирует алгоритм решения боевой задачи. Старые радары уже давно
изжили себя и морально, и физически. Все это сказывается на
состоянии нашей авиации. Мы можем и обязаны дать ей второе дыхание
только новым радаром. Вот один яркий пример.
Не так давно в Индии прошли учебные воздушные бои с участием
F-15, F-16, «Мираж-2000» против самолетов российского производства: Су-30, МиГ-29 и
модернизированного ветерана МиГ-21БИС с новым радаром «Копье=21И».
Так вот, «двадцать первый» выиграл 75% воздушных поединков, что для
истребителя, созданного более 40 (!) лет назад, — высочайшее
достижение. Вот вам и чудо-копье, которое неизмеримо увеличило
боевую мощь старичка-истребителя!
Модернизация как панацея
Сегодня настал тот момент, когда авиация должна приобрести совершенно другой
потенциал. И это не только дело военных, но и всей нашей страны.
Ведь Вооруженные Силы, их технические и людские возможности — это
средство обеспечения безопасности России. Поэтому прежде всего нужно
провести их грамотную модернизацию. Скептики возразят: мол, и на это
нет денег. Тогда давайте опробуем модернизацию хотя бы на единичных
изделиях. Чтобы при необходимости, когда средства появятся, можно
было бы быстро организовать серийный выпуск усовершенствованных
истребителей на предприятиях «оборонки». Сегодня, к сожалению, нет и
этого.
Теряются и наши экспортные рынки. Китай в ближайшем будущем,
возможно, закажет только истребители МиГ-29, поставки же Су&-30
практически прекращены. Радары в Китае уже делают сами и к нам в
этой области обращаются только по изделиям для 5-го поколения с
активной фазированной решеткой. Побывав в поднебесной не так давно в
составе одной из делегаций, я был поражен их предприятиями,
оснащенными самым современным оборудованием.
Возьмем Индию. Поставки Су-30 туда продолжаются, но и там все чаще начинают поглядывать в
сторону Франции, планируя закупить «Миражи». И здесь наше положение
становится нестабильным. Словом, мы явно теряем рынок. А почему?
Ответ очевиден: потому что наша авиация практически стоит на месте,
не модернизируется, не переоснащается новым оборудованием с той
быстротой, как требует время. Устаревшая техника никому не нужна.
Причем дело не только в планере самолета — они у нас традиционно
превосходны, а именно в его «начинке», определяющей боевую
эффективность. Упомянутый выше МиГ-21БИС выиграл дальний бой у
современных самолетов только за счет модернизации, основой которой
стал новый радар «Копье-21И», поднявший его боевую эффективность в
3–6 раз. После аналогичной модернизации мощь МиГ−29 тоже вырастает в
2–4 раза. Но интерес к новым МиГ-29 проявляют пока только
инозаказчики. Родные ВВС не заказали ни одного усовершенствованного
МиГ-29.
К истребителю 5-го поколения
Теперь о 5-м поколении. Еще
семь лет назад в основном за счет собственных средств и в малой
степени средств заказчика мы начали заниматься созданием новых
радаров следующего поколения. Это высокоинтегрированные,
широкодиапазонные системы с применением активной фазированной
решетки. В них сопряжены функции радиоразведки,
радиопротиводействия, возможна реконфигурация в случае отказа одного
из блоков. В этом году мы закончили конструирование этой системы,
в следующем планируем запустить ее в производство. Есть соглашение
между Корпорацией «Фазотрон-НИИР», РСК «МиГ» и Раменским ПКБ о
создании модернизированного МиГ-29 с новым радаром, с применением
технологий «Стелтс», другими новшествами.
Радиолокационная наука не
может останавливаться, поэтому работы по созданию радаров с активной
фазированной решеткой продолжаются. Сегодня мы создаем новые
элементы этих радаров, они весьма дороги, требуется модернизация
производства, а это расходы в сумме не меньше 10 млн. долл. Мы, тем
не менее, работаем, хотя финансирование государственной программы по
этому направлению очень слабое и не покрывает даже 30% необходимых
средств.
Это что касается радаров, но ведь для них нужна и
вычислительная техника. Та, что стоит сейчас на наших самолетах,
способна выполнять миллиард операций в секунду, а для радара с
фазированной активной решеткой мы создаем вычислительные средства
производительностью 50 млрд. операций в секунду. Используем новые
элементы, элементную базу, принципы построения. Это позволяет
получить высокие характеристики по различным функциям, а самое
главное существенно повысить точность поражения. Правда, пока, к
сожалению, с частичным использованием иностранной элементной базы,
ибо у нас нет необходимого производства.
Несмотря на все
экономические неурядицы, Корпорация «Фазотрон-НИИР» будет
развиваться и впредь. В последние годы благодаря реструктуризации мы
объединились в корпорацию. Суть ее заключается в технологической
вертикальной интеграции предприятий, обеспечивающей все наши
потребности по созданию радиолокационных СУВ истребителей,
штурмовиков, вертолетов, наземных ракетно-пушечных комплексов.
Именно эти системы определяют сегодня уровень и возможности военной
ударной авиации и наземных ракетно-пушечных комплексов ПВО.
Только за последние годы Корпорация «Фазотрон-НИИР» создала значительное
число радаров для различных типов самолетов и вертолетов с
использованием унифицированных блоков и устройств. Семь из них
установлены на летательных аппаратах и прошли полностью, либо
проходят в настоящее время летные испытания, в том числе:
- БРЛС «Копье-21» — для самолета МиГ-21;
- БРЛС «Копье-25» — для самолета Су-25 (Су-39):
- БРЛС «Копье-Ф» — для легкомоторной авиации и вертолетов;
- БРЛС «Жук-МЭ» — для самолета Миг-29 СМТ;
- БРЛС «Жук-МСЭ» — для самолета Су-30 МК3;
- БРЛС «Жук-МСФЭ» — для самолета Су-27 КУБ;
- БРЛС «Жу-8II» — для самолета F8II-M;
- БРЛС «Арбалет» — для вертолета К-52;
- БРЛС «Копье-А» — для вертолета К-28.
Радар «Жук-МФЭ» |
Все эти
радары в реальных условиях подтвердили свои основные характеристики.
Еще шесть радаров находятся в стадии опытно−конструкторских
разработок. Их опытные образцы либо уже установлены на летательных
аппаратах, либо готовятся к передаче на летные испытания. Наибольшие
последние успехи Корпорации «Фазотрон-НИИР» — это завершение летно-конструкторских
испытаний БРЛС «Жук-МЭ» в составе самолета МиГ-29 СМТ (БРЛС
полностью подтвердила заявленные характеристики, что позволило
приступить к проведению государственных совместных испытаний) и
успешное завершение первого этапа летных испытаний БРЛС «Жук-МСЭ» в
составе самолета Су-30 МК3.
Активизируются и работы для ВМФ.
Делается все, чтобы унифицированные радары «Фазотрона» работали в
небесах, на земле и на море.
«Фазотрон» означает «ускоритель». В этом слове и
сконцентрированы наши планы и наше стремление сделать максимум
возможного для укрепления обороноспособности Отечества.
|
